Новая теория Материалы О нас Услуги Партнеры Контакты Манифест
   
 
Материалы
 
ОСНОВНЫЕ ТЕМЫ ПРОЧИЕ ТЕМЫ
Корея, Ближний Восток, Индия, ex-СССР, Африка, виды управленческой деятельности, бюрократия, фирма, административная реформа, налоги, фондовые рынки, Южная Америка, исламские финансы, социализм, Япония, облигации, бюджет, СССР, ЦБ РФ, финансовая система, политика, нефть, ЕЦБ, кредитование, экономическая теория, инновации, инвестиции, инфляция, долги, недвижимость, ФРС, бизнес в России, реальный сектор, деньги
 

Дракон в Африке

31.05.2021

День-ночь-день-ночь
Мы идем по Африке

– Редьярд Киплинг

 

Геополитический ландшафт – вещь непостоянная. Политические карты мира разных эпох говорят об этом вполне отчётливо. Государства приходят и уходят, исчезая в тумане времени, и на смену им приходят новые государства. В нынешние времена ситуация не сильно изменилась. Да, человек географически освоил всю планету, а технический прогресс позволил создать быстрые планетарные же системы связи. Но "мира во всём мире" это никак не приблизило; конфликты, в том числе и военные, продолжают сотрясать планету. Кроме того, нынешнее глобальное информационное проникновение, равно как и наличие большого количества международных организаций, утверждающих (якобы) примат права (в т.ч. и ООН), не изменило принципиальных паттернов поведения государств. И Китай здесь не исключение.

Поднебесная сильно пострадала в период "века позора", длившегося с середины позапрошлого века. Новой китайской государственности, собранной в середине прошлого века, было, разумеется, не до экспансии, свои внутренние проблемы превалировали над внешними. Но длилось это недолго. Уже при Хрущёве, когда отношения между Китаем и СССР стали портиться, Китай начал тестировать установленные правила, пока – только в этом частном контексте отношений между этими двумя странами. Китай требовал признания его идеологического верховенства, речь также шла о согласии СССР на аннексию Монголии Китаем. Кульминацией конфликта стали пограничные столкновения вокруг острова Даманский на реке Уссури в 1969 году. Остров остался за СССР, но отношения между странами были испорчены капитально, хотя до прямой войны и разрыва дипотношений дело не дошло.

Китай еще раз замахнулся на "силовой вариант" в 1979 году, когда произошел конфликт с Вьетнамом, в китайской истории он называется "упреждающая оборонительная война против Вьетнама". Здесь надо помнить, что отношения с СССР оставались такими же испорченными, и, соответственно, Китай был сильно насторожен относительно роста советского влияния в регионе. При этом его собственный сателлит – полпотовская Кампучия (ныне Камбоджа) – имел существенные проблемы в отношениях с Вьетнамом, на границе между этими двумя странами постоянно шли провоцируемые Кампучией вооружённые конфликты. В итоге это привело к тому, что Вьетнам, обеспечивший тылы долговременным договором о дружбе и сотрудничестве с СССР, устроил у соседей полномасштабную военную операцию, в результате чего режим Пол Пота пал. В ответ на это Китай принял решение о вторжении ограниченного воинского контингента во Вьетнам. Военные действия длились около месяца; Вьетнам успешно отбился, силами пограничных войск и ополчения действуя против НОАК.

Китай, безусловно, сделал из этого выводы. Ключевой из них заключается в том, что грубой силой не всегда можно достичь тех же эффектов, что и более мягкими инструментами, к примеру, деньгами. Следующее десятилетие прошло спокойно, без попыток схожего силового толка, в тот период Китай был более озабочен делами внутренними. Очередная волна китайской экспансии началась в 90-е годы прошлого века, и эта экспансия уже была исключительно экономической. Приоритетным направлением экономической экспансии Китая стал африканский континент. Западу Китай мог предоставить море дешёвой рабочей силы (вкупе с другими конкурентными преимуществами) в обмен на инвестиции, Африке же Китай предоставлял те же самые инвестиции в обмен на ресурсы, которыми Чёрный континент очень богат.

Впрочем, связи между Китаем и Африкой стали налаживаться много ранее, началось это ещё в середине ХХ века. Китайский социализм очень многим африканским лидерам показался куда милее, чем социализм советский, кроме того, разные лидеры оппозиции (каковые имелись в каждой новой независимой стране), через одного чтили товарища Мао. В общем и целом, за все эти десятилетия Китай основательно закрепился в Африке.

Примером "мягкого" китайского влияния может быть история Анголы – где в 70-е годы прошлого века две из трёх партий, боровшихся за власть, ФНЛА и УНИТА, были изначально маоистскими движениями и пользовались полной поддержкой Китая, финансовой и военной. Очень серьёзным было китайское влияние в Танзании в 60-х годах прошлого века, когда страна, по сути, превратилась в большой военный лагерь, где китайские инструкторы готовили партизанские кадры для национально-освободительных движений половины континента. Всё это, безусловно, сыграло свою роль в дальнейшем плотном присутствии Китая в стране.

Далее, китайские компании уже почти четверть века ведут добычу нефти в Судане, куда за это время были вложены сотни миллионов долларов США. Китай также вложился в инфраструктуру, снабдил Судан оружием – и оно отлично было использовано, когда в стране разразилась гражданская война. Итогом ее стал раздел Судана на две части, причем граница прошла ровно по нефтяным полям, что добавило китайцам головной боли.

Китай также имеет очень значительные интересы в Гвинее, поскольку эта страна очень богата бокситами, являющимися сырьём для производства алюминия, именно в Гвинее сосредоточены крупнейшие в мире запасы этого сырья. При этом сам Китай не скупится на инвестиции в эту страну, являющейся одной из беднейших на континенте, к примеру, в 2009 году Китай принял решение вложить в гвинейскую инфраструктуру $7 млрд., направляемые на строительство жилья и дорог.

Отдельного внимания заслуживает ситуация в Зимбабве. Китай фактически сумел получить в качестве приза целую страну. Причина здесь в том, что он взял под крыло Роберта Мугабе, которого до середины 1970-х годов как серьезную фигуру вообще никто не воспринимал. Когда в 1980 году Мугабе пришел к власти, Китаю в Зимбабве (бывшая Южная Родезия) был предоставлен режим наибольшего благоприятствования. Сейчас китайские компании занимаются в Зимбабве добычей алмазов, платины и хрома, строительством дорог, выращиванием хлопка и табака, производством цемента. Мугабе правил страной без малого четыре десятка лет, был свергнут в 2017 году, и еще через два года он умер от рака. Позиции Китая, соответственно, несколько пошатнулись.

Проблема для Китая, однако, заключается в том, что лидеры региона из числа наиболее дальновидных вполне справедливо считают такую политику неоколониальной и ей противодействуют, в меру своих возможностей. Китай привязывает страны к себе – и им это не нравится. К примеру, только в 1998–2000 годах Китай продал воевавшим друг с другом Эфиопии и Эритрее оружия примерно на $1 млрд. Также известна история про кредит Анголе в $2 млрд – по его условиям 70% перечисленных средств пошли на оплату работы китайских же строительных компаний, развивающих инфраструктуру, все эти железные дороги, шоссе, мосты, школы с больницами, системы связи и так далее. Все это, разумеется, означает последующие контракты с Китаем же на поставку запчастей, обслуживание, обучение, модернизацию техники и т. д.

Формально говоря, неоколониализм Китая мягче, чем колониальные практики стран Запада – но они от этого не теряют своей сути. Кроме того, надо учитывать, что китайские компании работают в Африке точно так же, как и привыкли у себя дома, с достаточно наплевательским отношением к окружающей среде, здоровью рабочих и общим правилам безопасности производств. И чем дальше, тем больше это не нравится местным жителям и местным элитам – и, похоже, этот процесс ускоряется в последнее время.

Ключевой здесь является ситуация в Демократической Республике Конго (ДРК, с 1971 по 1997 годы страна называлась Заир). Эта страна является одной из самых нищих в мире, ВВП на душу составляет лишь около $600 (в России – примерно в 18 раз больше), но ДРК просто невероятно богата полезными ископаемыми. Кобальт (почти 80% мировых поставок!), бокситы, алмазы, золото, серебро, более половины мировых запасов урана, колтан (минерал, из которого извлекаются ниобий и тантал) – всё это можно найти в недрах ДРК. Особо стоит указать именно на последний минерал: продукты его переработки являются критичными для всей современной электроники, от сотовых телефонов до электромобилей. Месторождения в ДРК, находящиеся под прямым или опосредованным контролем КНР, прямо обращаются в китайскую сильную позицию в производстве всего того, что известно под общим названием "редкоземельные металлы". Естественно, многим в мире это не нравится – и в первую очередь здесь надо назвать США.

Надо сказать, что США в своем противостоянии с КНР пользовались не только риторикой торговых войн Дональда Трампа. К примеру, в ДРК американцы еще в декабре 2018 года безупречно аккуратным демократическим путем привели к власти Феликса Чисекеди, ориентированного на Запад, а не на Китай. Итог не заставил себя долго ждать: буквально неделю назад Чисекеди, посещая шахту "Эльдорадо" на юге страны, объявил о своем намерении пересмотреть контракты на добычу полезных ископаемых, в частности те, которые были заключены с Китаем его предшественником Джозефом Кабилой, который правил с 2001 года. Это очень серьезная встряска для отрасли: всего в ДРК в этой сфере работают около 40 горнодобывающих компаний, но почти три четверти из них происходят из Китая. Можно предположить, что Китай встрепенулся и привычно начнет заносить деньги чиновникам разных рангов, но Чисекеди, по имеющейся информации, усердно пытается ее извести из госмашины, сделав ставку на рабочие институты, а не на постоянную смазку деньгами внешних акторов.

Любопытно то, что здесь под раздачу попал не только Китай: израильский магнат Дэн Гертлер долго выстраивал работу с Джозефом Кабилой и успешно работал в ДРК. Но совсем недавно администрация Джозефа Байдена ввела санкции в отношении Гертлера, а авторитетное национальное НКО подготовило жесткий отчет, где указано, что сделка между Гертлером и Кабилой нанесла урон конголезскому государству в сумме $1,95 млрд упущенной выгоды.

Мировые экономические взаимоотношения – дело тонкое, но одновременно и простое по сути своей. Когда в нищую страну, не имеющую капитала, но богатую тем или иным ресурсом, приходит инвестор, то надо понимать, что он приходит не из благотворительных целей. Он приходит заработать. И "заработать" здесь означает "воспользоваться ресурсом, отдав за него меньше, чем в другом месте". Сам Китай был объектом такой инвестиционной работы, его ресурсом была рабочая сила, её было очень много – и он был готов предоставлять её дёшево, производя продукцию, продаваемую на те же богатые западные рынки. Ситуация с Африкой в этом смысле аналогична, африканцам нужны капиталы, но в обмен они предлагают только лишь сырье. И не сказать, что денег получится много – на всё многочисленное население стран этого континента.

Опубликовано 30.05.21 на портале Бизнес-Онлайн, Казань.

Метки:
Мировая экономика, Китай, Африка

 
© 2011-2021 Neoconomica Все права защищены