Новая теория Материалы О нас Приглашение к сотрудничеству Услуги Партнеры Контакты Манифест
   
   
 
Материалы
 
ОСНОВНЫЕ ТЕМЫ ПРОЧИЕ ТЕМЫ
Корея, Ближний Восток, Индия, ex-СССР, Африка, проектная деятельность/проектировщики, аврально-опытная деятельность (АОД), рутина, виды управленческой деятельности, иерархия, бюрократия, национальное государство, инвестиционный климат, фирма, пузырь, Административная реформа, налоги, фондовые рынки, Южная Америка, Великобритания, исламские финансы, золотой стандарт, социализм, капитализм, МВФ, Япония, рейтинги, облигации, бюджет, СССР, наука, ЦБ РФ, рубль, финансовая система, политика, нефть, финансовые рынки, финансовый пузырь, прогноз, евро, Греция, ЕЦБ, кредитование, экономическая теория, инновации, инвестиции, инфляция, долги, недвижимость, ФРС, доллар, QE, бизнес в России, реальный сектор, финансовый сектор, деньги, администрирование
 

Греческая свобода

03.09.2018

Это знает моя свобода
Это знает моя свобода
Это знает моё поражение
Это знает моё торжество…

– Егор Летов – "Свобода"

 

Несколько дней назад информагентства распространили примечательное сообщение – Греция успешно завершила трехлетнюю программу ESM (European Stability Mechanism – Европейский стабилизационный механизм, постоянно действующий фонд стабилизации финансов европейских стран), смогла восстановить доверие инвесторов, модернизировать экономику, получить позитивные результаты – и выйти из-под внешнего финансового управления. Выглядит как великое достижение – особенно на фоне гремевшего несколько лет назад шторма греческих проблем. Вопрос, однако, в одном:  насколько это верно, и каковы варианты развития ситуации в дальнейшем – но для начала стоит напомнить, как именно греки "дошли до жизни такой".

Во время Второй мировой войны Греция была оккупирована Германией, валютное обращение было закономерно расстроено. Драхма пережила две деноминации – в 1944 и 1954 годах, по их итогам новая драхма оказалась в 50 трлн. раз крепче старой. После войны Греция активно развивалась по инвестиционной модели, так, в III четверти XX века среднегодовой рост экономики составлял порядка 7%. Более того, Греция была в некоторых аспектах флагманом мировой индустрии – всемирную известность сыскало себе греческое судостроение. Всё было хорошо, но проблемой оказалось то, что Греция со временем перестала вписываться в международное разделение труда – и это совпало с определенными политическими изменениями в самой Греции.

С одной стороны, с началом финальной четверти прошлого века в мире пошла глобализация уже вполне современного вида – со всем спектром наработанных человечеством технологий, в первую очередь, из сфер обработки информации, финансово-банковской деятельности, строительства и логистики. Из "века позора" и эксцессов времён становления государства и "культурной революции" воспрял Китай – готовый предложить миру океаны дешёвой рабочей силы в обмен на инвестиционный капитал и доступ к технологиям. Не отставали и прочие "азиатские тигры", тогда ещё тигрята. Привело это к тому, что примерно с 1980 года основа греческого роста предыдущих лет – промышленность, в первую очередь судостроительная (со всеми свойственными ей мультипликаторами воздействия на смежные отрасли) – стала фундаментально проигрывать в конкурентной борьбе.

С другой стороны, своё влияние оказало то, что Греция избавилась в 1975 году от диктатуры "черных полковников", реформировалась в парламентскую республику, а в 1981 году стала частью ЕС. Тогда же к власти в стране пришли социалисты из ПАСОК, после чего был провозглашён курс на создание в Греции социального государства; стоит, кстати, отметить, что ещё с военных времён в Греции были сильны коммунистические настроения, но по итогам войны страна в социалистический блок не вошла. Этот поворот и сыграл ключевую роль в дальнейшем развитии событий.

Следующие два десятка лет, до рубежа веков, являли собой суперпозицию нескольких трендов. Во-первых, деградация греческой промышленности продолжалась. За судостроительством ушёл и судоремонт – первое разместилось в Китае и Южной Корее, а второй разошёлся по миру, закрепившись, в том числе, и в избавившейся от апартеида ЮАР, вернувшейся таким образом в "семью цивилизованных народов". Вторым трендом, противостоящим первому, была борьба власти с торможением экономики, основной принимаемой мерой здесь была неоднократная девальвация драхмы, что, к примеру, отразилось чудесным соотношением драхмы к евро во время обмена валют при создании еврозоны – за €1 давали 340 драхм. В третьих, это всё продолжалось на фоне победоносного шествия социального государства и его достижений: госсектор в экономике вырос до совершенно неприличных значений, явлены свету были и такие достижения трудового народа, как наследуемые пенсии и 14 годовых зарплат – в дополнение к 12 стандартным добавлялись ещё и выплаты на Пасху и на Рождество. Парламентские партии соревновались между собой в социальности, ибо только она могла обеспечить голоса избирателей; достаточно сказать, что до начала кризисных явлений в греческой экономике пенсионный возраст у мужчин составлял 55 лет, у женщин – 50 лет. Наконец, вполне закономерно начал расти внешний долг.

Вступление в еврозону ничего не изменило – по сути, ситуация лишь ухудшилась. Приняв евро как основную валюту, со всеми присущими ей преимуществами (упрощённый доступ к капиталу, обнуление курсовых рисков, снижение процента по займам, более низкие издержки на доступ к де-факто общему рынку сбыта), Греция лишилась фактически единственно доступного ей инструмента поддержания конкурентоспособности собственной экономики – возможности девальвировать свою валюту, в силу отсутствия таковой. Поначалу положительные эффекты перевешивали, фундаментально необоснованный рост благосостояния продолжался, дешёвые кредиты, которые страна вполне могла обслуживать, позволяли увеличивать уровень жизни населения, но в 2008-2009 годах внезапно оказалось, что денежная река пересохла, страна в долгах, которые непонятно как отдавать, а средства заработка отсутствуют – одним туризмом и эксплуатацией эллинских артефактов сыт не будешь. Сыграли свою роль и траты на Олимпиаду в Афинах в 2008 году – огромные расходы не окупились, что ещё больше подорвало греческую казну.

Дальше ситуация развивалась, можно сказать, традиционно. Призванный на помощь МВФ (замечу, сам он не приходит никогда, только когда к нему обращается то или иное национальное правительство) схватился за голову, прописал сокращение расходов, в том числе и социальных, что закономерно вызвало гнев трудового греческого народа. Первый греческий долговой кризис, разразившийся весной 2010 года, с горем пополам удалось купировать – греки обещали ужаться и затянуть пояса, "тройка" кредиторов (МВФ, ЕЦБ и Еврокомиссия) выделила деньги; надо сказать, что под нож пошли те самые 14 зарплат в год, трудовой народ не удержал своё завоевание. Помимо этого, часть долга (в основном принадлежавшая частным инвесторам, не имеющим голоса достаточной громкости) была списана. Но фундаментально это проблему не решило никак, греческая экономика не могла генерировать достаточный денежный поток, чтобы обслуживать свои огромные долги, не говоря уж об отдаче таковых. Экономика продолжала страдать, переговоры об оказании помощи продолжались, внешние кредиторы требовали сокращения расходов бюджета, греки пытались их отстоять – в общем, картина вполне понятна. Кое-как договориться, впрочем, удалось – весной 2012 года грекам, под обещанные дополнительные меры экономии, выделили ещё один денежный транш. Но, как оказалось, и его тоже не хватило – и это вновь вылилось в политику, к власти вновь пришли радикальные левые, коалиция СИРИЗА.

С этими, впрочем, получилось по факту очень смешно. Лидер коалиции Алексис Ципрас сделал себе имя на жесткой критике сложившейся ситуации и навязанных Греции "кабальных" программ помощи, обещая, став премьер-министром, избавить страну от жесткой долговой удавки, что звучало весьма забавно – в долги греческое государство, его прежнее поколение властителей, влезало само и только само. Ципрас инициировал референдум, на котором гражданам предстояло решить, принимать ли новую порцию европейских денег. Большинство греков (61%) высказалось за прекращение всякого сотрудничества с иностранными кредиторами, выход из еврозоны, отказ платить внешние долги и всё прочее, но Ципрас, получив такие результаты народного волеизъявления, их попросту проигнорировал – и вновь пошел на поклон к Брюсселю за новой порцией денег, и это никак не стоило ему политической карьеры. Собственно, у него было на выбор два пути – либо отказываться от всякого сотрудничества с Западом и вешать на себя клеймо страны, действующей "не по правилам", с неизвестными последствиями – либо всё же покориться, ужаться в расходах, и внимательно слушать внешних советников. Было выбрано второе решение.

Соответственно, третий денежный пакет стоил стране ещё более жестких условий – отмены налоговых льгот, приватизации, повышения пенсионного возраста до 67 лет и даже возможности для частного бизнеса увеличивать рабочий день сотрудников (понятно, при той же оплате труда); да, стране пришлось отменить эту "гарантию прав трудового народа". Меры эти наконец-то сработали – с 2016 года бюджет получил первичный профицит (без учета обслуживания долга), а с 2017 года пошел рост ВВП. Более того, €24 млрд. из последнего денежного пакета не пригодились – составив своего рода личный греческий Стабфонд. Это и было отмечено на истекшей неделе – и привело к определенным послаблениям в дозволенной грекам политике, которые, однако, всё равно остаются жесткими. Так, первичный профицит бюджета должен держаться на уровне 3,5% ВВП до 2022 года и 2,2% вплоть до 2060 года, а экономика должна расти хотя бы на 2,2% в год. Помимо того, страну будут регулярно навещать проверяющие, и если они будут довольны – то грекам вернут проценты, заработанные на их облигациях. Кроме того, стране дали отсрочку по выплате долга, оно начнется в 2023 году – и продлится до того же 2060 года.

Завершить историю хотелось бы парой относительно простых соображений. Во-первых, вся эта история – суть пример, когда одно поколение попросту сожрало будущее следующего, которому теперь приходится ухудшать жизненные стандарты, и это продлится и впредь. А во-вторых – нельзя не отметить, что якобы несчастные греки, пострадавшие от акул капитализма, до сих пор имеют подушевой ВВП вдвое более высокий по сравнению с российским – и это не говоря о куда более приятных условиях для жизни. Воистину, у кого-то суп жидкий, а у кого-то жемчуг мелкий.

Опубликовано 26.08.18 на портале Бизнес-Онлайн, Казань.

Метки:
Европа, Кризис

 
© 2011-2018 Neoconomica Все права защищены