Новая теория Материалы О нас Приглашение к сотрудничеству Услуги Партнеры Контакты Манифест
   
   
 
Материалы
 
ОСНОВНЫЕ ТЕМЫ ПРОЧИЕ ТЕМЫ
Корея, Ближний Восток, Индия, ex-СССР, Африка, проектная деятельность/проектировщики, аврально-опытная деятельность (АОД), рутина, виды управленческой деятельности, иерархия, бюрократия, национальное государство, инвестиционный климат, фирма, пузырь, Административная реформа, налоги, фондовые рынки, Южная Америка, Великобритания, исламские финансы, золотой стандарт, социализм, капитализм, МВФ, Япония, рейтинги, облигации, бюджет, СССР, наука, ЦБ РФ, рубль, финансовая система, политика, нефть, финансовые рынки, финансовый пузырь, прогноз, евро, Греция, ЕЦБ, кредитование, экономическая теория, инновации, инвестиции, инфляция, долги, недвижимость, ФРС, доллар, QE, бизнес в России, реальный сектор, финансовый сектор, деньги, администрирование
 

О кабанчиках и природном газе

13.07.2015

Если кит и вдруг на слона налезет? Кто кого сборет?

Л.Кассиль, «Кондуит и Швамбрания»

 

Минувшая неделя принесла одну весьма забавную новость. Туркмения резко встряхнула мировое информационное поле, объявив неплатежеспособным российское «национальное достояние» – Газпром. «"Газпром" с начала 2015 года не платит по своим долгам перед ГК "Туркменгаз" за поставленные объемы туркменского природного газа», – заявили в Туркменистане. Громкие слова, эпатаж, обусловленный ещё и тем, что ньюсмейкер – Туркмения – весьма нечасто проявляется в публичном пространстве, а если и появляется – то, как правило, с информацией об очередном достижении в рамках культа личности Любимого и Родного. Возникает вопрос: а что на самом деле стоит за таким громким заявлением, какие под ним существуют основания, и вообще – чем вызван такой резкий демарш Туркменистана?

Сразу стоит отметить, что точных данных об оплате Газпромом туркменского газа (пока ещё) нет, равно как и официальной реакции на туркменское заявление, однако о ситуации можно судить по косвенным признакам. Так, речь идёт об объёмах закупки в 4 млрд. куб. м.  и надо сказать, что для Газпрома это совершеннейшая мелочь на фоне его собственных продаж – так, в прошлом году в дальнее зарубежье было продано 159 млрд. куб. м. газа, почти в 40 раз больше спорных туркменских объёмов. Иначе говоря, заплатить Газпрому есть чем, более того, и в целом ситуация с долгами Газпрома является вполне нормальной и стабильной, поскольку, например, отношение объёма валового долга корпорации к её EBITDA (прибыль до налогов и без учёта амортизации, скорректировання на переоценку активов) составляет менее единицы.

Со стороны Туркмении ситуация является куда более интересной. История газовых взаимоотношений Газпрома и Туркменистана началась в 2003 году, когда был заключён долгосрочный (на 25 лет) договор о покупке газа. Цена газа в контракте была фиксированной на весь этот срок, и была она достаточно низкой, поскольку ориентиром при определении её была стоимость барреля нефти – а нефть тогда была дешёвая. Соответственно, через несколько лет, когда мировые цены пошли вверх (а контрактная осталась прежней, низкой) Туркменистан де-факто отказался от следования этому договору. Первый туркменбаши (Сапармурат Ниязов, глава страны) заявил, что договора вообще нет, а то что есть – ни к чему не обязывающая декларация о намерениях. Судиться с ними было действом, лишённым смысла, и Газпрому пришлось подчиниться – но ответил он весьма существенным сокращением объёма закупок.

Вообще говоря, в вопросе закупки газа у Ашхабада политика сильно перемешана с экономикой – но цели этой политики сложно назвать ясными. Поначалу было всё достаточно прозрачно: Газпрому было выгодно оптом закупать туркменский газ, с выгодой перепродавая его в ту же Европу. В дальнейшем ситуация изменилась – цены выросли, в строй вошли новые российские месторождения, Туркменистан стал проявлять недовольство условиями контракта, а спрос в Европе на газ стал снижаться  – и по совокупности параметров закупку газа у Ашхабада можно было бы прекратить уже достаточно давно, соответственно, не является понятным, почему она вообще продолжается, даже при уменьшившихся объёмах. Проблема в том, что никакого «сохранения влияния» в этом не было и нет, а Туркменистан никак не является дружетсвенной РФ страной.

История получила продолжение в 2009 году, когда договор был обновлён, было подписано дополнительное соглашение к тому самому долгосрочному контракту купли-продажи газа, при этом документ предусматривал использование формулы ценообразования, базирующейся на европейских ценах на газ. Счастья не случилось – весной того же года произошёл взрыв на газопроводе, посредством которого газ поставлялся в РФ, авария произшла близ границы между Туркменистаном и Узбекистаном, и авария эта, по мнению Туркменистана, была спровоцирована Газпромом, что не добавило согласия в отношения. В июне того же года зампред правления "Газпрома" Валерий Голубев заявил, что контракт необходимо пересматривать: «Туркменский газ закупался по таким ценам, по которым мог быть реализован на европейском рынке. Поэтому если сегодня Европа газ не берет - мы сказали: уважаемые коллеги, сегодня некуда ваш газ с вашей ценой реализовывать. Или мы пересматриваем цену, или объемы»; напомню, что первая половина 2009 года – самое начало нынешней мировой депрессии, это период до того, как западные эмиссионные программы стимулирования экономик поддержали цены на энергоносители – так, большую часть первого полугодия цена нефти находилась в коридоре $35-55 за баррель. В итоге поставки были приостановлены и возобновлены лишь в начале 2010 года, уже по другим ценам и в других, куда меньших, объёмах. В целом изначальные 70-80 млрд. кубов газа усохли до 42 млрд. кубов в 2008 году, снизившись в разы по итогам 2010 года и дойдя до 10-11 млрд. куб. м. в 2014 году с планом в 4 млрд. кубов в году нынешнем.

Надо сказать, что в данном конкретном случае «хозяйствующие субъекты» оказались вполне достойны друг друга, выполняя контракты ровно настолько, насколько они выгодны, а при снижении уровня выгодности – ставя партнёра перед фактом необходимости изменения условий. Разумеется, никаких взаимовыгодных отношений возникнуть в этом случае и не могло – чему, конечно же, не способствует туркменский автократический режим и процветающий в стране культ личности, ничуть не потерявший в силе после смены Ниязова на Бердымухамедова.

Жертвой ухудшившихся отношений стал и проект Прикаспийского газопровода – по межправительственному соглашению Газпром обязался построить трубопровод вдоль Каспийского моря через Казахстан в Россию. Договор этот Россия, Казахстан и Туркменистан подписали в 2007 году, а в сентябре 2008 года "Туркменгаз", "КазМунайГаз" и Газпром договорились об основных принципах сотрудничества в прокладке трубы. Однако после вышеописанных событий 2009-2010 годов проект тихо угас, летом 2011 года Газпром сообщил, что работы по проекту ещё не начинались, а ещё год спустя все упоминания об этом проекте исчезли из официальных релизов Газпрома.

Вернёмся к Туркменистану. В свете вышеперечисленного видно, что его наезд выглядит очередной акт в деле борьбы бобра с ослом; опять же, обвинение в неплатежеспособности звучит куда громче, чем, скажем, достаточно рутинная заявка об обращении в арбитраж по причине неисполнения контракта. Надо также отметить, что речи не идёт о неисполнении «неторговых контрактов», а только об объёме закупки газа, недовольстве тем, что они невелики. С учётом же того, что цены на газ в настоящее время достаточно низки, можно сделать вывод, что в основе демарша Туркменистана лежит совершенно элементарная боль и печаль от снижения доходов, и это снижение уже достаточно заметно для того, чтобы оправдать такое нервное заявление, прямо свидетельствующее о повышении градуса противостояния.

При этом ситуацию в Туркменистане в целом хорошей не назовёшь. Автократия, конечно же, держит народ в подчинении – но и ей нужны деньги на поддержание штанов и, в идеале, на развитие. С развитием не ахти – в качестве такового можно рассмотреть продвигаемый Транскаспийский газопровод, реализации какового очень хотят Ашхабад и Баку, но этот проект находится в подвешенном состоянии, в том числе и из-за того, что не урегулирован правовой статус Каспийского моря, и РФ вполне может блокировать решение этого вопроса, кроме того, Москву в этом вопросе поддерживает Тегеран. Газпром деньги приносить практически перестал. Деньги приносит Китай, которому Туркменистан тоже продаёт газ, так, в 2012 году поставки составили 20 млрд. кубов, объёмы же поставок в будущем предполагаются на уровне 65 млрд. кубов – на 70% больше, чем строящаяся «Сила Сибири». Но Китай – не РФ, он ведёт себя гораздо жёстче, накрепко привязывая Ашхабад капиталом, строительством и специалистами. 

Вообще говоря, Туркменистан сильно похож на приготовляемого к закланию откормленного кабанчика. РФ здесь не при делах, пустив политику на откуп Газпрому (и его исключительно коммерческим интересам), основными претендентами на кабанчика являются уже упомянутый Китай, а с юга на газовые запасы страны (четвёртые в мире) скалится ИГ (часть Талибана недавно присягнула на верность халифу ИГ). Ашхабад пытается искать противовес этим угрозам в сотрудничестве с США, в первую очередь военном – но за это тоже придётся заплатить. Участь кабанчика в любом случае незавидна. Вторым Катаром Туркменистану не стать. А о Газпроме отдельно мы поговорим в следующий раз.

Опубликовано 12.07.15 на портале Бизнес-Онлайн, Казань.

Метки:
ex-СССР

 
© 2011-2018 Neoconomica Все права защищены