Новая теория Материалы О нас Услуги Партнеры Контакты Манифест
   
 
Материалы
 
ОСНОВНЫЕ ТЕМЫ ПРОЧИЕ ТЕМЫ
Корея, Ближний Восток, Индия, ex-СССР, Африка, виды управленческой деятельности, бюрократия, фирма, административная реформа, налоги, фондовые рынки, Южная Америка, исламские финансы, социализм, Япония, облигации, бюджет, СССР, ЦБ РФ, финансовая система, политика, нефть, ЕЦБ, кредитование, экономическая теория, инновации, инвестиции, инфляция, долги, недвижимость, ФРС, бизнес в России, реальный сектор, деньги
 

Уроки прошлого для будущего: Великая Депрессия

01.10.2011

Кризис, начавшийся в 2008 г. и сейчас входящий в новую стадию развития, для многих стал величайшей неожиданностью.

Запланированный многими экспертами бесконечный рост прервался в одночасье. И только после уже свершившегося факта наступления кризиса (в который, кстати, поверили далеко не сразу), все стали думать, что же его вызвало. Какие ошибки были допущены в реализации политик, построенных на основе кейнсианства и неоклассики.  То есть на основе теорий, разработанных и получивших признание в результате серьезных кризисов 20 в.  (Великой Депрессии и Стагфляции 60-70-х. гг.).

Искать эти ошибки стали, используя модели этих же теорий. Ими же пользуются в попытках преодолеть кризис. Но пока ничего кроме его усугубления сделать не получается.

В связи с этим возникает несколько резонных вопросов. Не стоит ли пересмотреть существующие теории и разобраться с чем на самом деле мы столкнулись сейчас? Возможно ли сегодня исправить положение арсеналом методов, разработанных на основе изучения совершенно других кризисов? И вообще, верно ли были определены причины прошлых кризисов? Что послужило выходом из них: методы применяемые в рамках разработанных теорий или процессы, происходящие тогда в рамках независимого развития экономики?

Ответы на эти вопросы можно найти, только  разобравшись в причинах прошлых кризисов. Это  мы и будем делать в цикле статей «Уроки прошлого для будущего».

И начнем с разбора причин Великой Депрессии 1929-1939 гг.

 

Сейчас многие сравнивают современный кризис с мировым экономическим кризисом 1929-1939 гг. Ищут параллели, пытаются найти ошибки в тогдашних действиях властей. Однако мало кто  пытается его рассматривать как закономерное явление развития экономики того времени.

Но если посмотреть на кризис сквозь призму процессов, которые двигали развитие мировой экономики с середины XIX века, то не возникает никакого сомнения, что его наступление было обусловлено именно ими.

 

Научно-технический прогресс и образование технологических центров.

XIX в. был веком бурного развития научно-технического прогресса (НТП), углубления разделения труда.

Благодаря НТП удалось совершить прорыв в производстве и сбыте товаров. Удалось не просто увеличить количество и видовое разнообразие товаров, но и значительно расширить возможности логистики, расширить охват рынков.

Страной, откуда начал свое развитие НТП, стала Англия. То есть Англия, выражаясь современным языком, была технологическим центром мира XIX в.

На начальных этапах ей хватало своих ресурсов для развития НТП. Но со временем границ одной страны стало не хватать.

Для дальнейшего развития НТП и сопутствующего ему процесса углубления разделения труда были необходимы:

1.             Продовольствие

2.             Трудовые ресурсы

3.             Рынки сбыта товаров, с устойчивым платежеспособным спросом.

Причем все эти показатели были взаимосвязаны. Два последних - через заработную плату рабочим, не только участвовавшим в производстве товаров, но в итоге и потребляющим часть из них.

Фактически Англии была необходима технологическая и экономическая экспансия. И первыми странами, которые стали своеобразными технологическими колониями[1] Англии стали Франция, Бельгия и Голландия. Именно туда в начале XIX в. пошли потоки экспорта английского капитала (не только непосредственно денег, но и технологий, оборудования, знаний).

Включение в технологический центр новых технологических колоний было не просто расширением производства, но и расширением рынка сбыта. Технологическая колония, развивая собственное производство, развивала и внутренний рынок.

В итоге английской экспансии образовался огромный технологический центр в Европе с ядром в Англии. Затем этот центр начал расширяться дальше. На Западе дошел до Американского континента, на востоке до Германии.

Постепенно начала формироваться современная система разделения труда. Технологический центр снабжал весь мир высокотехнологичной продукцией, в то время, как весь остальной мир снабжал технологический центр материальными ресурсами для ее производства и продовольствием. Причем основными поставщиками ресурсов были классические колонии[2] стран - метрополий, входящих в технологический центр.

Кроме того, колонии составляли и большую часть рынка сбыта высокотехнологичных товаров того времени.

Образовывалась такая система, в которой каждый последующий круг означает время включения в английский технологический центр той или иной страны. Первый круг – первая группа технологический колоний (Франция, Бельгия, Голландия, Россия). Второй круг – вторая группа (США, Германия).

Однако со временем Америка получила достаточную возможность для выделения в самостоятельный технологический центр. Увеличившееся население позволило сформировать крупный рынок трудовых ресурсов. Внедрение в сельское хозяйство технологий НТП, резко увеличило производство продовольствия. Был сформирован широкий внутренний рынок сбыта американских товаров. И, наконец, на американском континенте было огромное количество ресурсов.  Все это в совокупности позволило бы Америке, даже при условии полной закрытости экономики установить на своей территории полный технологический цикл производства.

В итоге начиная с конца XIX века, Америка стала обособляться от ядра старого технологического центра и сама становится ядром нового центра, в который включалось большинство близлежащих территорий.

Аналогичная ситуация складывалась в то время в Германии, которая уже «выросла» из старого английского технологического центра и стала формировать свой, включая туда в качестве технологических колоний Австро-Венгрию, Королевство Польское и т.д.

Важно, что формирование новых технологических центров происходило на более совершенной технологической базе, что давало значительное преимущество при производстве продукции.

Америка использовала его с количественной стороны, производя большие партии товаров, Германия же сделала упор на качестве.

В итоге Америка зарекомендовала себя, как производитель дешевого массового товара (современный аналог китайский товар), а Германия, как производитель особо качественного товара. Оба вида товаров были вполне конкурентоспособны на рынках.

Итак, к началу XX в. в западном полушарии было сформировано три технологических центра с ядрами в Англии, Северной Америке и Германии – три конкурента на мировом рынке сбыта. Однако сам рынок сбыта не сильно расширился.

Все центры производили продукцию с относительно одинаковыми характеристиками. Поэтому методом конкурентной борьбы могли быть только цены.

Ими страны и стали манипулировать. В результате появления трех мощных технологических центров, производящих огромное количество товаров (не только высокотехнологичных, но и продовольственных) на фоне статичного рынка сбыта, в мире в середине XIX в. начался кризис, вошедший в историю под названием Великая ценовая депрессия. Он длился около 70 лет и выходом из него стала Первая Мировая война, целью которой был именно передел рынков.

 

Мир после Первой мировой войны

Цель Первой мировой войны достигнута не была. Вопрос о переделе рынков так и остался открытым.

Единственным результатом войны стало разрушение двух европейских технологических центров. Причем произошло не просто разрушение производства, но и существенное сжатие внутренних рынков стран-членов технологических центров. Платежеспособный спрос на продукцию там сократился в разы.

 Единственной победительницей в войне стала Америка. Американский технологический центр во время войны был основным производителем товаров, поставляемых в воюющие страны. Благодаря этому в Америку постоянно шел приток золота, был постоянный положительный торговый баланс. Кроме того, ее предприятия не были разрушены в период войны. Все производство американского технологического центра в войну росло и развивалось, тогда как производство в европейских центрах разрушалось. 

Американский технологический центр стал главным. Америка получила самые большие в мире запасы золота и отхватила себе на несколько послевоенных лет торговую монополию в мире.

В результате появившихся преимуществ Америка стала самой богатой на тот период страной.

Однако этот статус не значил для нее дальнейшего развития.

Страны, которые были основными покупателями американских товаров – страны разоренной Европы. Пока эти страны не увеличили бы свой спрос, невозможно было бы и увеличивать производство в самой Америке. Внутренний рынок технологического центра был и так насыщен товарами, требовались внешние рынки.

 

Долговая ситуация в мире после войны

Еще одним важным моментом, связывающим развитие Америки с развитием Европы была ситуация с государственными долгами.

Воюющие страны брали военные долги у уже разбогатевшей в то время Америки. Соответственно, чтобы получить обратно эти деньги Америке было выгодно, чтобы Европейские страны-должники восстановили свою экономику.

Но восстановить ее без значительных финансовых вложений было невозможно.

Тогда Америка пошла на серьезный шаг, и как стало видно только сейчас, попыталась убить сразу двух зайцев.

Она дала кредиты Англии[3] на восстановление ее технологического центра (включающего в том числе Францию, Бельгию, которым Америка также дает кредиты). Причем восстановление производства одновременно должно было простимулировать и увеличение платежеспособного спроса.

В свою очередь всему английскому технологическому центру, в который входили страны победители Первой мировой войны, по Версальскому договору должна была выплатить репарации Германия. Причем она, для этого центра также как вся Европа для Америки представляла собой один из крупнейших рынков сбыта. Без подъема Германии не могло произойти и подъема английского технологического центра.

Поэтому Америке было выгодно еще и поддержать развитие немецкой экономики.

Что она и сделала в 1924 г., разработав план Дауэса. По нему размер репараций был приведён в соответствие с экономическими возможностями Германии. Но главное,  Германии предоставлялся международный займ для восстановления экономики. Основная сумма займа была предоставлена Америкой (к 1929 г. сумма кредитов предоставленных США Германии составила 21 млрд. марок).

В результате между странами в мире сложилась система взаимных задолженностей, замыкающаяся на США.

Учитывая, что Америке было выгодно не просто развитие производства этих стран, но и оживление спроса в них, то можно сказать, что факт выдачи займов Европе, был первым, пусть и неосознанным, опытом США искусственно стимулировать спрос через кредитование.

 

Возрождение английского и германского технологических центров.

Итак, Американский технологический центр после первой мировой войны занял главенствующие позиции в мире. США стали  основным кредитором мира и основным поставщиком товаров.

Однако со временем на американские деньги Англии и Германии удалось восстановить свои технологические центры. Причем во многом они не просто их восстановили, а отстроили новые заводы, с преимущественно новыми технологиями, позволяющими значительно повысить производительность труда и выпускать больше товаров. В XIX в. США и Германия опередили в развитии старый английский центр благодаря новой технологической базе, в 1920-е гг. уже Англия и Германия опередили США тем же способом.

В результате в Европе начала бурно развиваться промышленность и увеличиваться объем производства. А рынки сбыта, которые стала контролировать Америка после войны, вернулись в руки европейских стран. Кроме того, сами европейские страны, которые пользовались американскими товарами из-за недостатка товаров собственного производства, восстановив свою промышленность, перестали закупаться у США. В результате штаты лишились и этого рынка сбыта.

Изначально, когда Америка выдавала кредиты на восстановление производства (в том числе и Германии), предполагалось, что страны, получившие кредиты, будут занимать восточные рынки, в частности СССР. Однако Сталин, предвидя это, решил принять протекционистские меры для неокрепшей еще экономики страны советов и «закрыл» границы для импорта[4]. Это впоследствии стало одним из катализаторов наступления депрессии.

Кроме того, в Англии на протяжении всех 1920-х годов не затухали проблемы с ее колониями, которые были для Англии основными рынками сбыта собственной продукции.

В результате из-за бурного развития промышленности в мире произошло перенасыщение рынков товарами. Их просто некуда было сбывать. Проблемы, ставшие причинами Первой мировой войны и затушенные ею на некоторое время, снова стали возникать после восстановления разрушенных войной стран.

 

Причины Великой Депрессии

Англия, как ядро первого в мире технологического центра, еще в XIX-начале XXв., благодаря своему опережающему экономическому развитию, приобрела статус финансового центра всего мира[5].

Но Первая мировая война значительно подорвала ее позиции в финансовом мире. Чтобы восстановить свой статус и продолжать оставаться ядром технологического центра, Англии была необходима сильная валюта.

С учетом этих целей в 1925 году английское правительство возвращается к золотому стандарту. Однако после его установления Англии было достаточно сложно удерживать курс фунта стерлингов. Начались проблемы с национальной валютой.

В 1927 г. Уинстон Черчилль, который на тот момент занимал пост канцлера казначейства, решил искусственно поддержать курс фунта стерлингов. И единственной страной, способной помочь в этом, являлись богатые США.

Для них же помощь Англии была не столько актом доброй воли, сколько необходимостью. Обесценение фунта означало бы обесценение британского долга, которое привело бы не только к появлению «плохих» долгов в кредитном портфеле США, но и грозило сбоем в мировой экономике.

В результате по взаимной договоренности было решено искуственно поддержать фунт стерлингов дешевыми американскими кредитами, для чего была снижена ставка рефинансирования ФРС.

Курс фунта по отношению к другим валютам значительно поднялся. Сам фунт стерлингов стал иметь статус второй после доллара США резервной валюты.

После закрепления высокого курса фунта  реальная стоимость государственного долга Англии перед Америкой увеличилась примерно на 750 млн. ф. ст.. Но выгода Америки от высокого курса фунта стерлингов была не только в удорожании английского кредита.

Англия, подняв курс фунта, значительно ухудшила свою конкурентоспособность на мировых рынков товаров. Спрос на ее дорогую продукцию начал падать. Стало выгоднее покупать товары из других стран и в особенности из США. Так как:

1. Америка продолжала производить товары массово, что и так делало их достаточно дешевыми.

2. Искусственно заниженный курс доллара делал американские товары еще дешевле на мировых рынках.

В результате США, благодаря завышенному фунту стерлингов начали выигрывать в конкурентной борьбе за рынки.

Однако у этих процессов была оборотная сторона, которая в итоге послужила толчком для старта Великой Депрессии именно в Америке.

Низкий курс национальной валюты и, соответственно, низкая стоимость товаров национальной промышленности выгодны с точки зрения возможности продавать эти товары в другие страны в массовом порядке и получать за это высокие прибыли, которые идут в карманы владельцев производств.

Но для рабочих, которые эти товары производят, это значит низкий уровень заработной платы, которая является одной из основных компонентов стоимости товара.

Так, если владелец производства выигрывает на дешевых товарах за счет масштабов продажи, то рабочие, напротив только проигрывают. Их доходы не растут пропорционально продаже товаров, в отличие от доходов владельцев.

В итоге в стране с заниженным курсом национальной валюты происходит значительное расслоение в доходах населения.

У владельцев производств, прибыли которых постоянно растут, появляется необходимость куда-то вкладывать деньги. Развивать производство дальше, по их мнению, не имеет смысла, так как от производства и так получается высокий доход. И в поиске новых точек приложения капитала, эти люди идут на финансовые рынки, где можно быстро получить высокий доход.

Так, большая часть денежного капитала, которая приходит в страну через дешевые товары, уходит на финансовые рынки, на которых надуваются пузыри.

Избежать такого сценария можно, если вкладывать излишки капитала в другие страны, расширяя технологический центр. Благодаря этому в XIX в. Англия избежала надувания финансовых пузырей у себя в стране.

Однако Американские промышленники пошли именно путем вложения образовавшихся излишков капиталов в финансовые рынки, чем и создали возможность надувания финансовых пузырей у себя в экономике.

Но еще хуже финансовых пузырей было расслоение населения по доходам. Рабочее и крестьянское население имело низкие доходы, рост которых не успевал за ростом производства.

В результате появилась ситуация, когда на внутреннем рынке Америки не стал обеспечиваться платежеспособный спрос на производимую внутри страны продукцию.

Какое-то время с этим было возможно бороться деньгами, полученными из излишков капиталов, сформированных благодаря преимуществам американского технологического центра, описанным нами ранее.

Эти излишки, сконцентрированные в банковской сфере, стали раздаваться в виде потребительских кредитов населению, вызывая искусственное оживление спроса на внутреннем рынке (другая часть опять же шла на финансовые рынки в виде маржинальных кредитов, которые, по мнению монетаристов, и стали основной причиной Великой Депрессии).

Однако масштабы производства американской промышленности требовали гораздо большего спроса. Внутренние потребители со своими низкими зарплатами его не могли обеспечить, даже несмотря на взятые ими кредиты (которые, кстати, рано или поздно надо было отдавать).

В результате в экономике нарастали сильнейшие дисбалансы, связанные с ростом финансовых рынков и одновременным спадом производства, вызванным снижением спроса. Эти дисбалансы в американской экономике, начали нагнетаться сразу после восстановления английского и германского технологических центров, то есть с середины 1920-х гг. Однако их было не видно, благодаря экономической политике Америки, при которой происходило «закрашивание» всех проблем дешевыми кредитами.

Много лет спустя монетаристы обвинят в наступлении кризиса 1929 г. именно политику правительства, связанную с выдачей этих кредитов.

Однако, как видно из описанных нами процессов, кредиты были лишь вершиной айсберга, обезболивающим, которое снимало боль, но не лечило болезнь. Соответственно, увеличение кредитования спасти американскую экономику не могло.

Выходом могло бы стать расширение американского технологического центра. Однако в Европе Америка этого сделать не могла, иначе она лишилась бы и рынков сбыта и возможностей вернуть свои долги.

Проводить же экспансию в Азию она еще была не в силах по политическим причинам.

Поэтому на тот момент избежать кризиса у сильнейшего американского технологического центра не было возможности.

У европейских же центров, которые вообще жили на американские деньги, была еще более плохая ситуация, как с рынками, так и с возможностями экспансии (технологической и денежной). У них не было для этого ни денег, ни территорий, которые можно было бы сделать технологическими колониями.

В теории лакомым кусочком для всех могла бы оказаться территория Османской Империи и СССР, однако политические причины не давали возможностей к технологической экспансии в эти страны.

Фактически все три технологических центра пришли к пику своего развития. Дальше им развиваться было уже некуда, рынков сбыта для продукции они найти не могли. Кроме того, сложилась еще и ситуация, когда сферы их интересов постоянно пересекались. Они мешали друг другу развиваться.

Итогом такого противостояния и стала Великая Депрессия.

При описанном положении дел, странам оставалось либо снова воевать, как они это сделали в Первую мировую войну, либо закрыть свои экономики и развиваться как-то внутри себя.

Страны пошли по второму пути. Однако милитаризация, которая является одним из основных выходов в ситуации перепроизводства, не заставила себя ждать и вылилась в итоге в еще более разрушительную Вторую Мировую войну.

Причем ее наступление смазало все результаты действий правительств ведущих стран мира по преодолению кризисных явлений в их экономиках. В результате нельзя абсолютно объективно судить, принесли ли они положительные результаты или нет.

 



[1] Технологическая колония – страна, импортирующая из ядра технологического центра капиталы и применяющая их для развития внутреннего производства. Как правило, технологическая колония полностью связана с ядром рынками сбыта и финансами, но независима политически.

[2] Классические колонии - страна или территория, находящаяся под властью иностранного государства (метрополии), лишённая политической и экономической самостоятельности и управляемая на основе специального режима.

[3] В1927 г. сумма долга Англии перед США составила $4,480 млрд., Франции - $4,025млрд.,  Бельгии- $413 млн.

[4] Сталин стал формировать в СССР новый технологический центр. Советская индустриализация повторила за короткие сроки весь процесс промышленного развития первых трех технологических центров.

[5] Приобретение такого статуса является закономерным итогом развития страны, как ядра технологического центра.

 
© 2011-2020 Neoconomica Все права защищены