Новая теория Материалы О нас Приглашение к сотрудничеству Услуги Партнеры Контакты Манифест
   
   
 
Материалы
 
ОСНОВНЫЕ ТЕМЫ ПРОЧИЕ ТЕМЫ
Корея, Ближний Восток, Индия, ex-СССР, Африка, проектная деятельность/проектировщики, аврально-опытная деятельность (АОД), рутина, виды управленческой деятельности, иерархия, бюрократия, национальное государство, инвестиционный климат, фирма, пузырь, Административная реформа, налоги, фондовые рынки, Южная Америка, Великобритания, исламские финансы, золотой стандарт, социализм, капитализм, МВФ, Япония, рейтинги, облигации, бюджет, СССР, наука, ЦБ РФ, рубль, финансовая система, политика, нефть, финансовые рынки, финансовый пузырь, прогноз, евро, Греция, ЕЦБ, кредитование, экономическая теория, инновации, инвестиции, инфляция, долги, недвижимость, ФРС, доллар, QE, бизнес в России, реальный сектор, финансовый сектор, деньги, администрирование
 

2018: итоги

09.01.2019

Вернуть сегодняшнее утро ничуть не легче,
чем эпоху Пунических или Наполеоновских войн.

– Лев Гумилев

 

 

Устоявшаяся традиция – интересное дело. Ибо это есть то, за что можно заякорить жизнь. Другой вопрос, что есть традиции, с которыми связываться себе дороже. Но, думаю, это не относится к традиции в качестве последнего годового текста делать краткий обзор того, что было в уходящем году. Итак, приступим.

Январь. Год, как это обычно и бывает, начался лениво и неспешно. Нефть подросла до $70 за баррель, рубль был стабилен – чего не сказать о рухнувшем на 40% биткойне. Некоторое оживлением в мировую экономическую жизнь внёс Всемирный экономический форум в швейцарском Давосе – на мероприятие соизволил приехать президент США Дональд Трамп. Появился он там не в качестве гостя, но как спикер, озвучивший краткую, но очень насыщенную речь о величии Америки и неправильности многосторонних торговых договоров. Это было лишь предвестником торговой войны.

Февраль. В США тем временем развивается эйфория на фоне принятых мер по снижению налогов, соответствующий индикатор максимален – и наиболее осторожные начали говорить о том, что такие пики, судя по истории, неминуемо приведут к спаду рынка. Услышано это было мало кем. Растут ставки по американским казначейским облигациям, капитал активно перетекает в США. Кроме того, США наслаждаются очередными максимумами нефтедобычи (около 10,3 миллионов баррелей в день – мбд), невиданными с 70-х годов прошлого века, и это даже привело к тому, что часть американской нефти оказалась закуплена арабами. На этом моменте я указываю на среднесрочные риски для российской нефтедобычи, а к концу года они признаются на государственном уровне – впрочем, об этом чуть ниже. В России же зачем-то де-факто национализируют торговую сеть "Магнит", госбанк ВТБ выкупает её на 4% ниже рынка. Начинается скандал с участием "РусАла" Олега Дерипаски, американского лоббиста Пола Манафорта и одной талантливой дамы, известной под именем Настя Рыбка, а в российском посольстве в Аргентине внимательные люди находят почти четыре центнера отборного кокаина. В США зачем-то летят главные российские силовики – директор ФСБ Александр Бортников, начальник Главного управления российского генштаба Игорь Коробов и директор Службы внешней разведки (СВР) Сергей Нарышкин. Как сообщает пресса, они встречаются с главой ЦРУ Майком Помпео и активно обсуждают борьбу с международным терроризмом.

Март. США продолжают поднимать ключевую ставку, доходности 10-летних казначеек добираются до уровней около 2,95%. Новый глава ФРС Джером Пауэлл на пресс-конференции рассказывает, что ужесточение денежно-кредитной политики есть дело хорошее и правильное; развивающиеся рынки переживают отток капитала и страдают, как я и предсказывал ещё в самом начале процесса повышения ставок, в конце 2015 года. В этот же момент по другую сторону Тихого океана, в Японии, выясняется, что долговой рынок на 40% съеден японским ЦБ, который не собирается сворачивать программу по выкупу облигаций. Дело неслыханное – но японская экономика продолжает существовать, а страна в целом – занимать, отдавать долги и привлекать капиталы, такова сила доверия к ней. В Великобритании тем временем некие враги отравили Сергея и Юлию Скрипалей, а в России триумфально на пост президента переизбирается Владимир Путин. Податной электорат, вероятно, впечатлился замечательными мультиками про российское wunderwaffe, поскольку программы как таковой у "основного кандидата", в общем-то, не было.

Апрель. В России пересменка – власть самовоспроизводится, состав нового правительства пока не ясен. Активно идет работа по подготовке Стратегии пространственного развития (СПР), интерес к которой двумя месяцами раньше высказывали первые лица, документ итеративно дорабатывается, и к нему, помимо разработчиков из Минэкономразвития, прикладывает умы и руки сообщество экспертов. Китай начинает биржевую торговлю нефтяными фьючерсами за юани, стартует эта история очень бодро – но серьезным игроком на этом рынке шанхайская биржа так и не стала. За океаном Дональд Трамп обращает своё внимание на Китай – и с обеих сторон начинается активное обсуждение плана введения дополнительных пошлин; напомню, что месяцем ранее Трамп выкатил новые пошлины на импортируемые в США сталь и алюминий. Кроме того, США вводят частные санкции против некоторого числа российских олигархов, глав госкомпаний и высокопоставленных силовиков, включая того самого Дерипаску. Капитал со свистом полетел из России, рубль рухнул, началась паника – которая, впрочем, быстро прекратилась. США тем временем объявляют о санкциях в отношении китайской корпорации ZTE, запрещая ей покупку продукции американских технологических компаний; запасов комплектующих хватает на месяц, после чего начинаются переговоры и США продавливают свою линию, штрафуя китайцев.

Май. Нефтедобыча США выходит на уровни 10,7 мбд. США выходят из иранской ядерной сделки, которую тремя годами ранее продвигал в том числе и Барак Обама – нефть закономерно подросла, рубль чуть укрепился. В Иране, соответственно, падает курс местной валюты, ЦБ страны вводит валютный контроль и проводит словесные интервенции, призывая к отказу от доллара. Свежепереизбранный Владимир Путин вступает в должность, формируется новое-старое правительство, его персоналии вызывают боль и печаль у патриотической общественности, которая так надеялась на изгнание инфернальных либералов и левый поворот. Пересменка завершена, правительство, руководствуясь подходом "люди – наша вторая нефть", активно прорабатывает вопросы усиления налогообложения граждан. Резко растут цены на бензин, начинаются протесты, правительство проявляет осторожность – и отказывается от запланированного летнего повышения акцизов. Идут разговоры о новой серии майских указов – понятно, без явного подведения итогов предыдущей серии, чтобы не портить впечатления.

Июнь. Вносится законопроект о повышении НДС с 18% до 20%; менее чем за месяц до этого министр финансов Антон Силуанов в кулуарах Петербургского международного экономического форума заявил, что налоги в стране не будут меняться в течение ближайших 6 лет. Он же заявляет о том, что правительство не намерено размораживать пенсионные накопления россиян, а институт обязательных взносов ликвидируют. Утверждается концепция пенсионной реформы – проще говоря, повышения пенсионного возраста; собственно, резоны понятны, выборы прошли, кредит доверия от россиян получен, конституционное большинство у "Единой России" в парламенте есть, чего тянуть-то. В архивах, правда, определенные элементы находят слова Путина о том, что пока он президент, повышения не будет – но это никого не останавливает. Все поглощены идущим в России чемпионатом мира по футболу. Наконец, в конце месяца проходят слушания в Совете Федерации по СПР.

Июль. Начинается летнее затишье. Оно, впрочем, прерывается очередными залпами торговой войны между США и Китаем – первые наконец-то вводят пошлины и эскалируют ситуацию, Китай актуально и в перспективе зеркально ответить не может, но в ответ девальвирует юань. Продолжается переток капитала в США, обусловленный растущей ключевой ставкой – июльский отток капитала из РФ лишь немногим меньше рекордного апрельского, сокращается число нерезидентов на рынке российских ОФЗ.

Август. Затишье прерывается политическими новостями. Госдеп США заявляет, что администрация США пришла к выводу о причастности России к использованию отравляющего вещества при покушении на Скрипалей – что автоматически подводит Россию уже под "химические" санкции и  ставит её в ряд с различными "государствами – спонсорами терроризма" и прочими "мировыми изгоями". Начинают ходить слухи о возможном запрете на долларовые операции для попавших под санкции банков. Российский рынок немедленно уходит в красную зону – нервные и битые игроки распродают активы, а Владимир Путин на спешно созванном заседании Совета Безопасности называет санкции "нелегитимными"; видимо, "Искандеры" больше не смеются. Секретарь Совбеза Николай Патрушев жалуется, что "введенные США и их союзниками финансовые и технологические санкции в отношении российских энергетических компаний обозначили проблему уязвимости и зависимости отечественной энергетики от иностранного капитала и иностранных технологий, оборудования, программного обеспечения". Иначе говоря, вдруг и внезапно оказалось, что хребет российской экономики – нефтедобыча – критически зависит от внешних сил. Повышение пенсионного возраста проходит все чтения, становится законом и подписывается Владимиром Путиным.

Сентябрь. Конец августа и начало сентября сопровождаются очередным актом истории с СПР. Документ наконец-то выходит в свет и оказывается на обсуждении в Общественной Палате, где подвергается разгромной критике. В США третий раз за год повышают ставку – предчувствующий это рубль сползает до уровней в 70 рублей за доллар. Вступает в игру российский ЦБ – он тоже повышает ставку, стремясь сделать более привлекательными рублевые активы и прервав тем самым двухлетний цикл понижения ставок. Параллельно он, впрочем, пользуясь благами глубоко профицитного бюджета, обусловленного достаточно высокой нефтью, по требованию Минфина активно покупает на рынке доллары, которые уходят в пополнение резервов. Глава госбанка ВТБ Андрей Костин допускает возвращение российским гражданам их банковских вкладов не в той валюте, в какой он открывался; граждане делают соответствующие выводы. Тем временем вопрос о судьбе нефтяной отрасли выходит на самый высокий уровень. В России проходят выборы в региональные Законодательные собрания, "Единая Россия" получает по итогам выборов примерно три четверти мест, что очевидным образом свидетельствует о высоком доверии граждан и одобрении ими проводимой государством политики. Впрочем, выборы глав некоторых регионов проходят с определенными эксцессами.

Октябрь. На фоне вновь активизировавшихся разговорах о санкциях и запрете на работу с долларами для госбанков поднимается тема дедолларизации российской экономики. Злые языки в ответ на это говорят о том, что дедолларизация по факту для госбанков и будет. Американская политика по сокращению денежного предложения через повышение ставок и сокращение баланса ФРС приносит свои плоды на фоне резкого роста правительственных заимствований – рынки начинает потихоньку лихорадить, по всему миру они уходят в южном направлении. Нефть достигает локальных пиков около $86 за баррель Brent – после этого начинается жесткий спад. В Бразилии, ключевой стране Латинской Америки, к власти приходит ультраправый политик Жаир Болсонару; парад левых, бывший реальностью десятилетием ранее, развернулся вспять.

Ноябрь. В России рост цен на бензин вновь привлекает внимание властей. На сей раз никакой отмены повышения акцизов не планируется, рост удаётся остановить административными мерами, чреватыми массовыми банкротствами независимых АЗС, не относящихся к капитанам нефтедобычи и нефтепереработки РФ. Интенсифицируется конфликт с Белоруссией – готовящийся "налоговый маневр" повышает цены на бензин внутри страны и лишает Белоруссию довольно существенных сумм. Начинает вызывать подозрение ситуация в ОПЕК – научно-исследовательский центр, базирующийся в КСА, выпустил исследование, в котором разбирал вопрос, что будет после роспуска этой организации; понятное дело, просто так такие вопросы не поднимаются. Американцы выходят на первое место в мире по нефтедобыче, хотя их преимущество перед Россией крайне невелико по размерам и нестабильно по сути. Великобритания достигает с Европой договоренности по положениям соглашения о разводе, но это сопровождается различными внутренними сложностями. Нефть продолжает своё падение. Происходит инцидент между Россией и Украиной в Керченском проливе, связанный с перехватом попытки украинских кораблей войти в Азовское море – и, похоже, эта история ещё будет иметь своё продолжение.

Декабрь. США и Китай проводят переговоры на полях саммита G20, итогом их является заключенное перемирие в торговой войне. Увы, условия перемирия – по сути американские, а не китайские. Параллельно США подписывают договор о создании "NAFTA2.0", переформируя под себя торговое соглашение с Канадой и Мексикой. "РусАл" Олега Дерипаски получает шансы выйти из-под санкций – но весьма дорогой ценой, включающей в себя потерю пакета акций и включение в Совет директоров граждан США и Великобритании. ЦБ РФ повышает ставку ещё раз, заодно декларирует продолжение покупок валюты в резервы – рубль в ответ падает до сентябрьских минимумов. Нефть валится почти до $50, на мировых фондовых рынках жестокая резня, никакого рождественского ралли нет и в помине – кроме разве что пары последних торговых дней, после призыва Трампа идти и покупать. Ставку повышает и ФРС США, даёт понять, что дальше этот процесс ждет замедление, но на максимум выходит скорость сокращения баланса ФРС. В России же выясняется, что могучий рост сельского хозяйства последних лет был в изрядной степени фейковым. СПР, которая могла бы помочь в выходе из тупика, до сих пор не принята, при этом вновь встаёт нефтяной вопрос – в проекте «Стратегии развития минерально-сырьевой базы до 2035 года», подписанной Дмитрием Медведевым и подготовленной Минприроды, сказано, что до критической точки в нефтедобыче осталось около 7 лет. Собственно, это можно уже сейчас рассматривать как приговор монокультурно-рентной модели для российской экономики, если не случится какого-либо чуда. Суммарно же за год доллар растет к рублю на 21% (этот рост был бы заметно меньше без его покупок в резервы), кроме того, за апрель-ноябрь исход нерезидентов из ОФЗ составил 553 млрд. рублей, их доля на рынке упала в полтора раза, а отток капитала ускорился втрое и побил 3-летний рекорд, составив $58,5 млрд. с начала года.

В целом конец года выглядит более угрожающим, чем его начало – и, судя по всему, эта тенденция будет наблюдаться и в 2019 году. Но об этом мы поговорим в следующий раз.

С Новым годом!

Опубликовано 29.12.18 на портале Бизнес-Онлайн, Казань.

Метки:
США, Европа, Россия, Китай, нефть, Япония, Южная Америка

 
© 2011-2019 Neoconomica Все права защищены