Новая теория Материалы О нас Приглашение к сотрудничеству Услуги Партнеры Контакты Манифест
   
 
Материалы
 
ОСНОВНЫЕ ТЕМЫ ПРОЧИЕ ТЕМЫ
Корея, Ближний Восток, Индия, ex-СССР, Африка, проектная деятельность/проектировщики, аврально-опытная деятельность (АОД), рутина, виды управленческой деятельности, иерархия, бюрократия, национальное государство, инвестиционный климат, фирма, пузырь, Административная реформа, налоги, коррупция, фондовые рынки, Южная Америка, Великобритания, исламские финансы, золотой стандарт, социализм, капитализм, МВФ, Япония, рейтинги, облигации, бюджет, СССР, наука, ЦБ РФ, рубль, финансовая система, политика, нефть, финансовые рынки, финансовый пузырь, прогноз, евро, Греция, ЕЦБ, кредитование, экономическая теория, инновации, инвестиции, инфляция, долги, недвижимость, ФРС, доллар, QE, бизнес в России, реальный сектор, финансовый сектор, деньги, администрирование
 

Восток – дело тонкое

11.09.2017

"Не идут инвесторы в улус, ну никак-никак не идут."

– Роман Злотников, "Виват Император!"

 

На истекшей неделе во Владивостоке завершился Восточный экономический форум. Как сообщают, это мероприятие (третье по счету) посетили 6 тыс. человек из 61 страны, на форуме было заключено контрактов на 2,5 трлн. рублей. Полно было и исключительно победных реляций – об уже близком прорыве в отношениях с Японией, о строительстве моста Сахалин-Хоккайдо, и даже о "повышенной комплиментарности" лидеров Японии и Южной Кореи по отношению к Владимиру Путину, что бы это ни значило. Не менее любопытным представляется и предложение присутствовавшего на форуме китайского миллиардера Ронни Чичунг Чана переименовать Дальний Восток, "словно что мир до сих пор имеет центр где-то в Европе"; видимо, по мнению китайского гостя, оная Европа на таковой центр уже совершенно однозначно не тянет. Полон был форум и заклинаний о необходимости развития Дальнего Востока – каковые заклинания наложились на некоторую конфликтность высказываний различных представителей российской элиты относительно происходящего в регионе.

Так, полпред президента в Дальневосточном федеральном округе (ДФО) Юрий Трутнев отметил, что западные санкции реально мешают привлечению инвестиций в страну в целом и в регион в частности, кроме того, он указал, что за полгода товарооборот между РФ и Японией снизился на 11%. Словно в пику ему министр экономического развития Максим Орешкин бодро констатировал "значительную активизацию взаимодействия бизнес-сообществ двух стран". На фоне этого обмена мнениями довольно резко высказывался лично Владимир Путин – по его словам, местные чиновники научились привлекать инвестиции, кроме того, в регион поступают заметные средства из федеральной казны – но добиться позитивных перемен в жизни населения не получается.

В ответ на это губернатор Хабаровского края Вячеслав Шпорт предложил "модернизировать" (т.е. докинуть денег) действующую федеральную программу "Трудовая мобильность". Москва устами министра труда Максима Топилина ответила, что регион и так не выбирает выделяемых на это денег; в том же духе высказался и глава Минстроя Михаил Мень. Заочную перебранку прервал опять же Путин словами о том, что дальневосточный регион остается в приоритете перед другими программами развития.

При этом программами развития регион и так уже не обделен. Собственно говоря, ради этого сакрального дела было выделено целое министерство. Более того, в 2014 году в России была принята громкая программа "Развитие Дальнего Востока и Байкальского региона до 2025 года", в рамках которой предполагалось портатить 346 млрд. рублей (более $10 млрд. по тому курсу) на то самое развитие Дальнего Востока. Реальность, как обычно, внесла свои коррективы, траты пришлось урезать: так, в конце прошлого года было установлено, что в  2017 году будет выделено всего 15,4 млрд. рублей, в 2018 году – 17,1 млрд. рублей, а в 2019 году – еще 18,6 млрд. рублей; иначе говоря, бюджет этой истории усох примерно втрое-вчетверо. Здесь же можно вспомнить и программу выделения "дальневосточного гектара", успешной которую тоже не назовешь, она является, скорее, генератором коррупции – гектары-то в разных местах расположены и разную ценность имеют.

В целом выглядит это всё, надо сказать, довольно забавно, но меня более смущает иная вещь. Складывается впечатление, что, по сути, никто вообще не знает не то, что делать с Дальним Востоком, но и то, а что вообще в принципе можно сделать. Привычные заклинания не работают – за 25 лет с момента распада СССР население региона уменьшилось на четверть, с 8 млн. человек до 6,2 млн. – и этот процесс не показывает признаков остановки. Вместе с тем, других заклинаний, похоже, не завезли, вот и сейчас Путин заявил, что "...здесь не только нужно создавать центры экономического роста и новые рабочие места, но и строить новые больницы, медицинские и культурные центры, детские сады, школы, заниматься благоустройством". Население в ответ привычно слушает – и копит деньги для переезда на Большую Землю. При этом "простой человек всегда прав" – и ровно из этого и следует, на мой взгляд, исходить.

Выражается это, во-первых, в совершенно элементарной максиме: люди едут за деньгами. Туман и запах тайги (а также прилагающийся в комплекте гнус и зима длиной в 9 месяцев) нынче в качестве мотиваторов никому не нужны. При этом в целом с готовностью к географической мобильности у населения России всё в порядке, годы идут и она входит в социокультурную норму. Более того, об этом тоже было заявлено на форуме – гендиректор АНО "Агентство по развитию человеческого капитала на Дальнем Востоке" Валентин Тимаков привел данные ВЦИОМ, согласно которым 52% населения России согласны ехать на Дальний Восток за зарплату в 50 тыс. рублей (и не сказать, что это так уж много!)  и при условии предоставления жилья. Это сообщение, впрочем, столь же закономерно прошло мимо наблюдателей – цифры объёмов контрактов и переругивание региональных и федеральных властей были куда более интересны.

Из этого следует довольно жесткое ограничивающее "во-вторых". Я не вижу у властей четкого понимания, на чём именно могут стабильно и много зарабатывать жители региона. Да, безусловно, всегда есть бюджет и бюджетники, есть и кормящийся с этих денег бизнес – но такой регион не зарабатывает сам, он остаётся дотационным – на фоне дефицитного бюджета это не самое хорошее состояние.

Отсюда можно перейти к ещё более жесткому "в-третьих". Как видно, "кормовая база" региона невелика, и из этого следует простой вопрос – а сколько именно нужно населения в регионе? Может быть, имеющая место депопуляция – суть явление нормальное и естественное, и стоит не ограничивать его, не тратиться яростно на стимулы, но как-то перенаправить внутренние миграционные потоки?

Понятное дело, в рамках устоявшейся и привычной парадигмы "развития территорий" эта идея отдаёт ересью уровня "попрания государственных интересов" – но у меня совершенно нет уверенности в том, что за эту парадигму имеет смысл держаться. Я напомню, что две трети территории страны (и сравнимую часть Дальнего Востока) составляет вечная мерзлота, которая крайне усложняет и удорожает любую народнохозяйственную деятельность. Выражается это в том, что любой продукт, произведенный в таких условиях, является неконкурентоспособным, могущих существовать на рынке только за счет дотаций, т.е. денег изъятых у тех, кто их действительно может зарабатывать. Здесь же рядом есть некоторая ложность и некорректность понятия "кладовая ресурсов", в которую принято записывать Сибирь с Дальним Востоком. Логика элементарна: наличие ресурса на территории совершенно не означает того, что его стоит разрабатывать, что это будет экономически выгодно. Грубо говоря, никто не станет бурить скважину в три километра ради одного-единственного сундука с золотом. Но надо сказать, что понимание этого потихоньку приходит – тот же Газпром всё же отказался от "развития территорий", пардон, газодобычи на Штокмановском месторождении, как только этот проект стал убыточен.

Более того, ровно этим подходом и руководствуются соседи России по региону – что, вполне вероятно, не всегда осознаётся. Напомнию, что еще в 2009 году между РФ и Китаем было заключено (при посредничестве США в Вашингтоне) соглашение об освоении более 300 месторождений природных ископаемых, в том числе, на условиях экстерриториальности (!). Это породило изрядную волну в медиа – от обвинений в "продаже Родины" до восхвалений мудрости правящих элит. Сейчас, 8 лет спустя, можно сказать, что Китаю российский Дальний Восток даже в таком вроде бы ультравыгодном формате оказался попросту малоинтересен – дорого и неудобно. Да и мировая депрессия опять же – и это в дополнение к сугубо российским проблемам, от санкций и слабой правовой защиты до бюрократии и зарегулированности всего и вся.

По большому счёту, необходимо ставить вопрос о желаемой схеме расселения жителей в России, и рассматривать ситуацию с Дальним Востоком в рамках именно такого подхода. Увы, пока этого нет – кроме безумного предложения о переносе столицы за Урал. Да и ставить не перед кем – через полгода выборы, а за полтора месяца до них истекает полугодовой срок изыскивания (в рамках американского закона о санкциях) якобы неправедно нажитых российских активов – каковой срок, судя по всему, есть не что иное как "время на принятие правильного решения" для российской элиты. Какое уж тут расселение и Дальний Восток...

Опубликовано 10.09.17 на портале Бизнес-Онлайн, Казань.

Метки:
Россия

 
© 2011-2017 Neoconomica Все права защищены